Вопрос: Доктор Элдер, как Вы оцениваете российский фондовый рынок, какие у него перспективы? И в какой позиции он находится по сравнению с западными рынками — в самом начале, или уже начинает постепенно развиваться?
Ответ: Индекс РТС недавно достиг 2500. В 1998 году у меня вышла книга в Нью-Йорке, в которой я призывал всех покупать российские акции. В то время индекс РТС стоял на уровне 200. Вот тогда было настолько дешево, что это как раз и было самое начало.
У «бычьего» рынка есть три стадии. Первая стадия — это когда цены поднимаются просто до таких диких низов, которые никакого смысла в себе не несут. Вторая стадия — это когда рынок поднимается в унисон с растущей экономикой — экономика становится сильнее, и рынок становится сильнее. Наконец, третья стадия, когда люди покупают акции просто потому, что достигается верх. Так вот первая стадия в России уже прошла, а третья еще не началась.
Вопрос: Вы говорили о начале. А для новичков, как лучше начать — попробовать самостоятельно торговать на бирже, либо купить пай, довериться ПИФам?
Ответ: Можно и так, и так, но я хочу сказать, что покупка пая — это не так просто. Купить пай — это точно также как машину загнать к автомеханику. То, что на улице висит чья-то реклама — это совсем не значит, что этой компании лучше доверить свою машину. Нужно все проверить. Так что это тоже требует довольно большой работы. На рынке есть соответствие между уровнем риска и уровнем прибыли. Отдельные акции — это как корова, она может быть хорошая, а может быть и плохая, а пай — это молоко из магазина, оно проверено, есть дата годности, но ничего особенного получить нельзя. То есть и паи, и акции являются совершенно нормальными инструментами. Вопрос выбора — это вопрос темперамента каждого человека.
Вопрос: А если Вы доверяете, то полагаетесь целиком на свой опыт или пользуетесь специальными программы, которые оценивают ситуацию на рынке и автоматически дают рекомендации по тем, или иным акциям. Что Вы думаете об этих программах, насколько они надежны?
Ответ: Программы… На самолетах стоят автопилоты, то есть, автоматические программы, настроенные на то, чтобы самолет мог взлететь, пролетел необходимое расстояние и сел. Но, несмотря на это, на самолете есть еще два или три высокооплачиваемых пилота. Зачем? Потому что после того, как самолет налетал определенное количество часов, может возникнуть ситуация, которую не предусматривает ни одна программа. То есть программа работает, пока не сломается. Поэтому, лично я очень скептически отношусь к таким программам. Есть люди, которые доверяют им, но я предпочитаю полагаться на себя.
Вопрос: В связи с этим вопрос. Как уравнять технический анализ и фундаментальный анализ, с точки зрения того, чему отдается предпочтение? Либо человек должен уметь пользоваться всем: и техническим, и фундаментальным анализами, и новостной лентой — все это учитывать одновременно, либо все же выбирать что-то одно?
Ответ: Биржа, трейдинг — это такое же широкое поле, как медицина. И как врач не может быть специалистом во всем, точно также и биржевик не может быть специалистом во всем, и мы все выбираем себе ту отрасль, которая нас привлекает. Этот выбор, скорее всего, что-то более личное, эмоциональное, чем практика.
Вопрос: Есть мнение, что те, кто торгует внутри дня — это люди, которые пользуются в большей степени техническим анализом, а те, кто покупает в длинную — фундаментальным.
Ответ: Или техническим, или фундаментальным, потому что фундаментальная информация в течение дня несет очень мало пользы, то есть фундаментальные параметры меняются медленно, технические факторы меняются значительно быстрее.
Вопрос: А Вы, в большей степени преподаете…
Ответ: Технический.
Я очень уважительно отношусь к фундаментальному анализу, но фундаментальный анализ — это на долгий настрой, на долгий прицел. А, как сказал великий английский великий экономист Джон Мейнард Кейнс, в дальнем прицеле мы все мертвы.
Вопрос: Скажите, какими качествами должен обладать человек, с точки зрения психологии, который собирается стать трейдером.
Ответ: Человек должен быть дисциплинированным, человек должен быть способным создать для себя правила и следовать этим правилам. Это самое главное. Большого образования для этого не требуется, потому что игра на бирже — это именно игра, там пять цифр: цена открытия, закрытия, максимум, минимум и объем. Для того чтобы скомпоновать эти пять фигур, не нужно высшего математического образования. Интеллектуальные требования здесь одни из самых низких, а эмоциональные одни из самых высоких. Когда смотришь на экран, на нем сверкают деньги. Хочется еще, остаться в позиции, удержать, где-то зафиксировать именно сейчас. Так что эти эмоциональные требования и делают трейдинг одним из самых трудных занятий именно из-за того, что главная игра происходит внутри собственной черепушки.
Вопрос: Это даже больше не игра, а тяжелая работа...
Ответ: Игра — плохое слово. Биржевая игра — это игра в том же смысле, что и игра на фортепиано для профессионального пианиста. Он играет на фортепиано — он играет по шесть часов в сутки.
Вопрос: Для него это работа.
Ответ: Но это игра на фортепиано.
Вопрос: Насколько человек должен быть холоден к деньгам? Не бросаться на них, не допускать каких-то эмоций.
Ответ: Вы можете придти ко мне в офис, когда я сижу перед экраном, и у меня идут какие-то сделки, и я выигрываю $2000, или проигрываю $2000. Вы никогда не увидите по моему лицу, выигрываю я, или проигрываю. Ни по голосу, ни по лицу. Причем не потому, что я скрытный, совсем нет. Меня это не волнует.
Вопрос: Человек, начиная игру на бирже, должен себя морально готовить к тому, что не каждая сделка может быть удачной?
Ответ: Меня иногда спрашивают, какой процент удачных сделок ты ожидаешь? Я ожидаю 100%. Если бы я не ожидал удачи, прибыли, я бы не открывался. Но при этом абсолютно ясно, что не может быть так, что каждая сделка будет успешной. Поэтому играть надо на дальний прицел. Я знаю, что хочу прибыль к концу месяца, к концу квартала. А каждая отдельная сделка несет в себе очень большой элемент неопределенности.
Вопрос: Как-то можно мониторить эти сделки, вести дневник, чтобы играть на дальний прицел?
Ответ: Ведение дневника — это самый главный фактор в успехе или отсутствии такового. Я часто говорю, покажите мне трейдера с хорошим дневником, я покажу вам хорошего трейдера. Когда я открываю сделку, у меня есть две цели — сделать деньги и стать лучшим трейдером. Я не знаю, достигну ли я первой цели, или нет, может быть да, а может быть нет. Но я должен стать лучшим трейдером, закончив эту сделку. Каким образом? Я запишу и распечатаю графики, где я вошел в эту сделку, запишу свой анализ, по какой причине я в нее вошел, и, выйдя из сделки, я точно также распечатаю эти графики и запишу, почему я из этой сделки вышел. Два месяца спустя я вернусь к этой сделке, посмотрю, как она выглядит теперь. И этот постоянно растущий дневник для меня главный источник успеха.
Вопрос: А были ли моменты, когда вы хотели уйти, перестать заниматься биржевыми операциями?
Ответ: Да, были.
Вопрос: Это были эмоции, моменты отчаяния, или…?
Ответ: Нет, это не отчаяние. Просто разница между профессионалом и новичком. Допустим, вождение машины. Новичок садится за руль, весь дрожит. Если он чем-то расстроен, он уже машину вести не может. А человек, который водит машину давно, не важно, расстроен или нет, он все равно эту машину поведет. Сейчас я могу заниматься трейдингом в любой ситуации, а много лет тому назад, когда были какие-то личные передряги, конечно, трейдинг шел вкривь и вкось.
Вопрос: Часто приходят клиенты, которые говорят «Я попробую». Хотят посмотреть, получится ли, пойдет. А в данном случае, наверно, эта проба исключена. Либо ты делаешь, либо нет.
Ответ: Есть одна из самых лучших автобиографий, которые я прочитал. В Штатах есть такой юрист, Джаред Спенс, очень знаменитый. Вел знаменитые процессы. И вот в автобиографии он пишет, как растет в очень небогатой семье и летом ему нашли работу на ранчо. Он начал работать на ранчо, лопатить сено.
И там был загон. А в загоне молодой ковбой пытается объезжать лошадь. Лошадь брыкается, ковбой падает, и побитый, помятый, с седлом идет в загон. В загоне сидит старый ковбой, и говорит: «Мальчик, почему ты идешь пешком?». Молодой ковбой отвечает: «Я пытался на ней ехать, она меня сбросила». Старый ковбой говорит: «Попробовал, ты пытался». Я не знаю, как по-русски это сказать. Когда кастрируют быков, чтобы мясо было лучше. Волы? «Возьми вола», говорит старый ковбой. «Возьми вола, посади его со стороны коровы. Знаешь, что он будет делать? Он будет пытаться. Так вот ты не пытайся мальчик, ты едь».
Когда человек говорит «Я попытаюсь», он заранее готов к проигрышу.
Когда я воспитывал своих маленьких детей, у них были определенные запреты на слова. Я их приучил, что нет права произносить эти слова. И, в частности, у них нет права на слово «Я пытался», «I try». Я хотел, я пытался. Если пытался, то либо преуспел в деле, либо проиграл. Я пытался, я попробую…
Вопрос: Видимо, в общении с деньгами суеты не требуется. Это не просто игра или хобби. Правильно?
Ответ: Это образ жизни.
Вопрос: Как вы думаете, почему большинство людей боится начинать играть на бирже?
Ответ: Биржа — это полная противоположность тому, чему нас учили. Образование в большинстве семей и практически во всех школах нацелено на то, чтобы воспитать хороших почтовых клерков. Явиться на работу нужно вовремя, работай по инструкции, не вылезай, слушайся начальства, вот тебе будет зарплата, вот тебе твои бенефиты, вот это тебе положено. Через год получишь повышение. Это то, к чему людей готовят школы, и почти всегда семья. А на рынках совершенно другая ситуация, на рынках абсолютная свобода, сделка начинается тогда, когда вы ее открываете, и заканчивается, когда вы ее закрываете. Деньги можно оставить, после чего они могут или увеличиться, или упасть. Или снять их с кона. Вот это положение абсолютной свободы очень напрягает многих людей. Одна из целей моей презентации здесь, в Сургуте — это дать людям определенные правила, вехи, ориентиры, которые помогут многим создать для себя правила. Человек, который приходит на рынок, должен сам для себя создать правила, человек, который входит в эту среду без правил часто проигрывает.
Вопрос: Как в ваших глазах выглядит типичный американский трейдер и типичный русский? Если, конечно, можно сравнивать.
Ответ: Среди частных трейдеров?
Вопрос: Да.
Ответ: Профессионалы очень похожи.
Россияне гораздо моложе. Средний американский частный трейдер — это пятидесятилетний мужчина с высшим образованием, с семьей. Большинство — инженеры или фермеры. Есть такая статистика. В России трейдеры гораздо моложе. У американцев гораздо больше времени. У них просто значительно лучше счета. Это бросается в глаза. Здесь очень много молодых трейдеров. Это очень хорошо, потому, что когда на Уолл-стрит людей берут учиться трейдингу, то старше 25 лет там никого нет. Потому что считается, что после 25 лет появляются определенные привычки, страхи, боязнь. А учатся молодые.
Вопрос: Люди, приходя на фондовый рынок, в любом случае интересуются той доходностью, которую они могут иметь в случае освоения этой профессии. Правильно ли ориентировать на какую-то доходность? Какие цифры стоит показывать? Понимание доходности в Америке и России очень различается. По Вашему мнению, стоит ли ориентировать людей? В России многие хотят получить своего рода обещания — ты придешь, ты будешь.
Ответ: Будешь красивым, у тебя все будет…
Вопрос: Да.
Ответ: У меня есть книга. Кстати, через несколько месяцев она выйдет в том же издательстве. Называется «Трейдинг с доктором Элдером. Энциклопедия биржевой игры». Там я как раз осветил эти цифры. Три стадии в работе биржевика. Я считаю, что если на первой стадии человек потерял меньше 10% в год, то это успешный первый год работы. Чем бы человек ни занимался, нужно тратить какое-то время на образование. Хочешь ли ты быть врачом, адвокатом, журналистом, кем угодно. Вначале человек должен потратить на это время и деньги. Я слышал от многих юных журналистов, что журналисты, начиная с первого года работы, хорошо зарабатывают. Все журналисты смеются почему-то. Получается, что все же нужно время.
Первая стадия — это нужно быть готовым к каким-то потерям, но держать эти потери под контролем. Вторая стадия — побить банковский процент. А третья — это свободное плавание. На Уолл-стрит самые гениальные люди, например, Джордж Сорос. Зарабатывают, после всех расходов, около 30%. Но если на счету миллиард долларов, то 30% — это очень даже неплохие деньги.
Вопрос: А если будешь с 1000 долларов…
Ответ: Мой совет всегда, когда кто-то хочет играть, а денег очень мало, забудьте о том, чтобы делать деньги со своего крошечного счета. Это как заниматься инвестированием в сельское хозяйство. У меня один приятель собрался с $6000 стать профессиональным трейдером. У него было $6000. Я ему сказал, что это как жить с маленького огорода. Первый же дождь, первое изменение погоды — все, твой бизнес закончился. Поэтому, если денег мало, нужно играть не на то, чтобы делать деньги, а на то, чтобы создать как можно лучшую историю, историю прибыльности, только на проценты. И если ты можешь показать, что из маленького счета ты сделал 20% в один год, 20% в другой год, то получишь деньги. Вот тут можно начать зарабатывать.
Вопрос: День трейдера — что это? Сидеть, смотреть в монитор, или…
Ответ: Кому-то это нравится.
Вопрос: А Ваш день?
Ответ: Мне проще описать неделю, чем день. Большая часть работы, которую я делаю, делается на неделе. Я загружаю информацию, рассматриваю недельные графики, долгосрочные. Несколько часов в субботу, в воскресенье с утра несколько часов. Потом в понедельник я могу встать за несколько часов до открытия биржи, еще что-то. Планы на следующую неделю, на ближайшие дни. Я люблю смотреть открытие рынка. Рынок открылся, если у меня уже все позиции открыты. Как лучше с покупкой. К закрытию я подсчитываю результаты.
Вопрос: Не предполагаете ли вы организовать школу в России?
Ответ: В смысле образования я очень пассивен. Для меня деньги на экране, мне лучше с монитором перед экраном. Я очень люблю путешествовать, очень любопытен. И поэтому АТОН меня, собственно, и подкупил на эту поездку тем, что дал возможность посмотреть Россию, места, в которых я не был ранее. Мне это очень любопытно, с удовольствием это делаю, но организовывать школы...
Вопрос: Многие кто не попал на этот семинар, хотели бы иметь такую возможность в следующий раз.
Ответ: «Мне неудобно было придти, приезжайте еще раз, я, может быть, приду в следующий раз». Как-то я получил письмо, пару лет назад. У нас были семинары в Манхеттене. В Нью-Йорке Манхеттен — центральная часть, а к северу от Манхеттена есть спальный район, очень низкой средней руки, называется Бронкс. И вот я получаю письмо от какого-то человека, он говорит: «Меня очень интересуют ваши семинары, но они все в Манхеттене. Я бы обязательно пришел, если бы они были в Бронксе».
Вопрос: Им можно порекомендовать почитать ваши книги.
Ответ: Сегодня я разговаривал с вашим сотрудником, который услышал про семинары в Москве, все бросил, сел на самолет, прилетел в Москву и, в результате, для него это стало событием, которое поменяло всю его жизнь.
«Сейчас мне неудобно, приезжайте к нам еще»…
Вопрос: У Вас есть собственная компания, которая занимается подготовкой трейдеров. Люди могут получить для себя какие-то рекомендации?
Ответ: Можно зайти на наш сайт, хотя компания — это 2,5 человека, крошечная. Но мы организуем так называемые лагеря биржевиков, 2-3 раза в год. У нас был лагерь, где я очень загорел, это был лагерь на Карибах. Мы там были неделю, нас было 27 человек, был я, был мой ассистент. И занятия, похожие на то, что мы проводим здесь полдня, или день.
На Карибах мы занимались 7 дней. Интенсивно, в режиме реального времени поступала рыночная информация, как раз на рынке произошел маленький крах во время этого. Я покупал в этот крах, и мой ассистент покупал, был колоссальный интерес. Прошла неделя.
Сейчас эти люди работают сами по себе, я с ними переписываюсь. А в первую неделю мая у нас будет второй лагерь, в Макао. Макао — это маленький архипелаг. Так мы и организуем. Один-два раза, иногда 3 раза в год у нас бывает лагерь. Я этим просто люблю заниматься. Кроме того, после лагеря раз в месяц я устраиваю приемы в своей квартире, в моей трущобе в Манхеттене. Приглашены все, кто закончил лагерь, мы полтора часа сидим вокруг обеденного стола, смотрим графики, обсуждаем различные сделки, потом идем в ресторан. Бывают и исключения, у нас были 2 мужчины в январе в лагере, а моя подруга приехала на окончание лагеря. И она сказала, чтоб этих двух в нашем доме не было. Почему? Потому что они кокаин принимают. То есть люди, которые не могут победить на рынке, они проиграют так и так. Так что закончить лагерь недостаточно для того, чтобы быть приглашенным.
Вопрос: А частным путем из России попасть в лагерь невозможно? Есть какие-то ограничения?
Ответ: Кстати, кто-то из Ленинграда, с Ленинградской конференции приезжает к нам в лагерь в Макао. В лагерь попасть можно. Только это недешево, во-первых. А, во-вторых, нужно хорошо знать английский язык. Потому что там все на английском языке. И мы не просто берем человека, если он с деньгами придет в лагерь. Нет, так не работаем. Люди заполняют заявку, вопросы, тесты. И потом, его либо примут, либо не примут.
