Вопрос: Было сказано об открытии биржи в Санкт-Петербурге. Но, похоже, что лед не тронулся. Что по этому поводу можете сказать? (Иванову)
Ответ: Как Вы знаете, проводился конкурс, в котором участвовали крупнейшие биржи России. И победила одна из этих бирж. Это биржа Санкт-Петербург.
Сейчас там движение происходит. Вся сложность в том, по любой российской бирже, что нет технологий, которые позволяют организовать торги фьючерсами и опционами. В то время как биржа РТС ими обладает, причем эти технологии развиты по мировым стандартам, практически на самом высоком уровне. С биржей Санкт-Петербург велись переговоры, и ведутся сейчас. Время покажет, как будет дальше.
Вопрос: В начале января я сходил в один из наших банков, купил себе паев индексного фонда. И у меня сейчас только один вопрос – что делать?
Ответ: Но вы не советовались со мной, когда шли покупать. Для меня это самый худший вопрос. Когда люди попадают в передрягу, а потом говорят «Как из нее вылезти?».
Я коротил в начале января, играл только на понижение, поэтому, если бы вы меня спросили, что делать, я бы вам сказал: «Покупать не надо». Но паниковать тоже не надо. Я считаю, что в ближайшие несколько месяцев рынок пойдет выше.
Вопрос: Сколько времени Вам потребовалось, чтобы заработать свой первый миллион долларов?
Ответ: Я не люблю считать свои деньги, особенно на публике.
Вопрос: Акции каких Тюменских компаний будут ликвидны в ближайший год?
Ответ: Лучше спросите про американские компании. Я играю на американских рынках. Очень редко выхожу на рынки других стран. Игра на финансовых рынках — это соревнование с другими людьми. Все хотят сделать деньги, и, в конце концов, кто-то забирает деньги у других людей, поэтому я предпочитаю работать на тех рынках, которые бодрствуют в те же часы, что и я, и спят в те же часы. Когда залезаешь в рынки чужих стран, то к тебе могут залезть в карман, пока ты спишь. Я этого не люблю.
Вопрос: Если Вы хотите посмотреть на тюменские рынки, то Вам лучше придти в офис тюменского филиала, для того, чтобы проанализировать состояние рынков вместе с сотрудниками.
Ответ: Когда вы придете в офис АТОНа, решив встретиться со специалистом, посмотреть акции, имейте в виду, что вам стоит для себя определиться, на какой временной диапазон вы смотрите. На ближайшие несколько часов, ближайшую неделю, ближайший квартал. Определитесь для себя по времени, потому что ответы могут быть совершенно разными. Два серьезных трейдера могут стоять друг против друга. Один на повышение, другой на понижение, и в результате оба сделают деньги, потому что у одного диапазон два часа, а у другого — две недели.
Вопрос: Какие шансы у людей без специального образования осилить игру на фондовой бирже?
Ответ: Для биржи нет специального образования. И наоборот, чем выше образование у человека, тем это хуже. Образование препятствует успеху на рынке. У меня был приятель в Чикаго, Брайан Моррисон. Он сказал знаменитую фразу: «У меня докторская по математике, специализировался на кибернетике, но я сумел преодолеть эти недостатки и сделать деньги».
Для биржи нужна цепкость ума. Нужно умение мыслить на ногах, принимать решения, не бояться. Нужна дисциплина, нужна выдержка. Такие личностные характеристики, которые гораздо важнее любого образования.
Необходимый уровень образования для успеха на бирже — это средняя школа. Наоборот, у людей с высшим образованием, к сожалению, включая меня, в начале работы на бирже бывают проблемы. Образованный человек считает, что чем дольше он будет анализировать, тем правильнее найдет решение. Очень часто бывают ситуации, где у конкретной ситуации нет решения. На семинаре я приводил такой пример: допустим, вы приходите ко мне в гости. Я говорю: «Давай сыграем на деньги. В ящике лежат 10 пар черных носков, и 4 пары белых. Давай поспорим, какие носки я сейчас достану из этого ящика?». Человек ставит на черные, я достаю белые носки – «Ты проиграл». Хочешь еще поспорить? Давай. Опять на черные носки, я опять достаю белые. И опять ты проиграл. Давай поменяем торговую систему, что-то она не работает. То есть, образованный человек начинает думать, как именно вычислить, а человек, который просто цепок, говорит: «Ставлю на вероятность, если я буду играть достаточно долгое время, вероятность выступит в мою пользу. В коротком диапазоне вероятность может не сработать, в длинном диапазоне она сработает. Значит, я должен ориентироваться на длинный диапазон. Когда я ориентируюсь на длинный диапазон, мне нужно очень аккуратно распоряжаться деньгами. Если я прихожу к Алексу в гости, и у меня в кармане 500 рублей, а мы собираемся играть в носки на 200 рублей за вытягивание, то это опасно, но если я буду играть по 100 рублей, то…». Это не требует высшей математики, это не требует высшего образования, не требует способностей. Есть система, система не дает ответа ни на одно конкретное решение, но она дает ответ на процесс, и я участвую в процессе. Поехали.
Вопрос: Почему говорят о рецессии в американской экономике. Заметно ли это явление в повседневной американской жизни, жизни обычных людей или это головная боль руководителей компаний, аналитиков?
Ответ: Знаете, характерной чертой свободной экономики является то, что великий австрийский экономист Шумпетер где-то 100 лет тому назад назвал творческим разрушением. Живая, свободная экономика все время что-то разрушает. Разрушается старое, с тем, чтобы создалось новое. Например, лет 15-20 назад, можно было придти в любое конструкторское бюро, и увидеть залы чертежников. Где эти залы? Где эти чертежники? Где техникумы, которые готовят чертежников? Это уничтожено, этого больше нет. Как это уничтожено? Это уничтожено компьютером. Что стало с чертежниками? Кто постарше, тем худо. Кто помладше, те переквалифицировались. Этот процесс все время происходит в экономике. Экономика не идет по прямой линии, она вдыхает и выдыхает. Она перегоняет себя по пути вверх и немного перегоняет себя по пути вниз. В Штатах был бум недвижимости, где-то начиная с 2001 года. И этот бум помог всем классам людей. Люди среднего класса занимались стройкой, работали, например, на экскаваторах, люди более высокого класса занимались финансированием этого процесса. А самым бедным стали выписывать ипотеку, что раньше было невозможно. Оказалось, выписали ипотеку даже тем, кому ее выписывать было нельзя.
Начался скандал, кризис. Правительство решило не выбрасывать людей из домов, боль была переложена с бедных на богатых, на финансистов. Народ трясется. Отражается это как-то на реальной экономике? Да, конечно. У меня есть друзья, которые, например, выписывают ипотеку. Естественно, их бизнес сейчас высох. Они по-настоящему страдают. Внутри профессии происходит крах. Опять-таки, умные переквалифицируются, кто не сможет — сядет за руль такси, или будет жить на пособие для бедных. И возникнет новый бум… Это и есть жизнь свободной экономики. То есть то, что происходит сейчас. Экономика немножко зависла. Не кризис, просто конец одной эпохи, и никто пока не знает, какая эпоха будет следующей.
Совершенно нормальный процесс. Всегда полезно иметь сбережения — меньше будешь трястись.
Вопрос: Сейчас у нас идет речь больше о развитых ранках. А если взять, например, рынки еще не совсем развитого Казахстана или Украины. Есть ли сейчас смысл вкладывать туда? И как Вы, в частности, смотрите на эти рынки?
Ответ: Двойной ответ. Я не смотрел на рынки Казахстана, и я не смотрел на рынки Украины, поэтому, конкретного ответа на ваш вопрос не знаю. Именно по Казахстану и Украине. Но, в общих чертах, рынки все время находятся в движении, маятниковом движении. Одна из самых больших ошибок инвесторов заключается в том, что деньги вкладываются в те рынки, которые поднялись, а вкладывать нужно в те, которые низко. Неразвитые рынки, опустившиеся рынки — самые перспективные. Вчера на семинаре я показывал, почему, если мне нужно было бы открываться в ПИФы, я бы взял 5 ПИФов, расположенных на последних местах за 2007 год. Я бы выбрал один из самых худших, не взял бы ни один из первой пятерки, а взял один из последней пятерки. Почему? Потому что маятниковое движение происходит постоянно. Я не смотрел на графики Украины, я не смотрел на графики Казахстана, но если бы мы с вами сидели перед компьютером, я немедленно стал бы на них смотреть, причем именно с точки зрения вложений. Покупать нужно непопулярные вещи. Толпа всегда не права. Поэтому, когда кто-то или что-то, когда какой-то инструмент находится на волне популярности, вкладывать уже поздно. У вас интересный вопрос, к сожалению, у меня нет на него конкретного ответа.
Вопрос: Как Вы думаете, когда российский рынок достигнет своего пика?
Ответ: Есть замечательная китайская поговорка: «Лучшее время сажать дерево было 20 лет тому назад, но можно и сегодня». В 1998 году в Нью-Йорке, на английском языке у меня вышла книжка. Называлась «Рубли на доллары». Это был разбор российской экономики. И книжка заканчивалась громким призывом: «Покупайте российские акции». Она вышла через 2 месяца после августовского рублевого кризиса. Индекс РТС тогда был около 200. Сегодня индекс РТС составляет примерно 2000. А книжка провалилась, ушла в никуда, в макулатуру. Продавалась 2 года и ушла. Почему? Потому что никто не хочет покупать дешево, люди любят покупать дорого.
Ранняя стадия российского бума уже закончилась. Но бум в России продолжается. Когда он закончится, я не знаю, но одна из отличительных черт этого бума — все покупают акции, потому что «акции всегда поднимаются». Все покупают акции, вы ходите на вечеринки, там обмениваетесь советами, что ты купил, что я купил, акции становятся темой разговоров на каждой вечеринке. Люди покупают акции, потому что рынок рвет вверх каждую неделю, месяц, каждый спад — это возможность докупить больше, потому что рынок всегда поднимается выше. Вот тогда пора звонить в колокольчик. Но мы не достигли этой стадии. По-моему. Так что нам это еще предстоит.
Вопрос: По официальным оценкам, только 1% населения в России, так или иначе, связаны с инвестированием в ценные бумаги. И, естественно, потенциал здесь очень большой.
Мы провели 10 семинаров, как по вашим оценкам, удался ли тот проект, который мы совместно задумывали? Вы удовлетворены Вашим участием в нашем проекте? Конечно, это было не столько нужно Вам, сколько нам, но, тем не менее, мы видели залы, видели людей, показывали Вам результаты. Как вы могли бы прокомментировать наш проект?
Ответ: Одно из самых приятных переживаний для меня — это когда я сталкиваюсь с каким-то человеком, кто-то подходит на конференции, на семинаре, жмет руку, говорит, что он посетил семинар, посетил конференцию, учился у меня несколько лет тому назад, и это изменило его жизнь. Человек стал профессионалом, он зарабатывает тем, что работает на рынке, играет. И во время этой поездки такое у меня случилось несколько раз. Было два таких человека в Сургуте. Казалось бы, Сургут... Но мне это очень приятно.
Сейчас, когда люди подходят, пожимают руку и рассказывают о своем успехе, я получаю удовольствие от того, что было посеяно много лет тому назад. И, я надеюсь, что через несколько лет приехав в эту страну, я столкнусь с теми людьми, которые были на семинарах, и они пожмут мне руку. Мне это приятно.
Вопрос: Скажите, пожалуйста, какие самые яркие впечатления у вас от современной России? Чем она отличается от той, которую вы видели?
Ответ: Чем она отличается… Люди читают, есть интернет, есть более-менее свободная пресса, люди могут ездить за границу. В стране видны признаки свободы.
Вопрос: А в плане экономики?
Ответ: В Сургуте я выглянул в окно гостиницы и увидел на гостиничной парковке множество автомобилей — среди них было только двое Жигулей. Остальные — иностранные марки, причем паркинг был заполнен. А через дорогу два корейских экскаватора день и ночь рыли котлован. Гостиница называлась «Медвежий угол». И вот этот медвежий угол потребляет продукты Запада, является двигателем экономики Запада. Меня это поразило. Как пылесос он втягивает в себя западные продукты, значит, есть деньги, есть желание, есть возможности. Это была очень странная картина.
Вопрос: Ну, а что касается рынка?
Ответ: Рынок увеличился в 10 раз. Индекс РТС.
